Счастье и блаженство: что общего?

Счастье и блаженство: что общего?

 

Федор Райчинец — заведующий кафедрой богословия УЕТС (Украинской евангельской теологической семинарии). Как философ и богослов, он давно научился в трудных ситуациях искать Божественный смысл происходящего. А ещё он говорит, что скептически относится к самому понятию «счастье». А что такое «счастье»? Как стать счастливым в самом глубоком понимании этого слова? Как понять, что ты счастлив – уже, сейчас, сегодня?

 

 

ПОЧЕМУ СЧАСТЬЕ ВСЕГДА МИМОЛЁТНО

Фёдор, в вашей жизни были счастливые моменты?

Да, были, есть и будут. Но я к самому понятию счастья отношусь скептически, поскольку не совсем понимаю, что это означает, если говорить начистоту.

Одно из определений счастья, которое мне нравится: это то мгновение, когда реализуются ваши ожидания. Этот момент, по сути, и является счастьем. Как только вы получили то, к чему стремились — встретились с любимым человеком, произошло рождение ребенка — то сразу появились заботы, переживания и определенный страх: «А что дальше?» Как справиться с любовью, как не потерять любимого человека? Поэтому счастье — мимолётно, это некое мгновение.

Но все же, какие счастливые мгновения вы вспоминаете?

Я бы сказал: момент какого-то блаженства или проникновения в какую-то вечную истину. Есть то мгновение, когда вам что-то стало ясно. То, о чем вы думали, размышляли, исследовали, складывается как пазл. Это те мгновения, когда вам всё понятно, но обидно, что тогда вас никто об этом не спрашивает, и этот момент уходит.

Поэтому для меня счастье — это моменты неуловимости, буквально как моргнуть глазом. Если бы их не было, жизнь была бы страшной, но потому, что они есть, жизнь имеет смысл.

Слайды-для-статьи-Райчинец

То есть все остальное время человек несчастен?

Нет, все остальное время он в поиске этого мгновения. Он переживает ожидание очередного мгновения. Это как предвкушение встречи с любимым человеком, когда вы прилагаете титанические усилия, чтобы все пошло так, как вы запланировали.

Для меня счастье — это моменты неуловимости, буквально как моргнуть глазом. Если бы их не было, жизнь была бы страшной, но потому, что они есть, жизнь имеет смысл.

И человек ощущает себя несчастным, если что-то пошло не так?

Кончено, счастье и несчастье граничат друг с другом. Но если всё получилось, то человек говорит: «Это и есть счастье, ради этого стоило жить!» Мне кажется, эти мгновения придают смысл всему. Я уверен, что у каждого были дни, когда вы работали тяжело и не получали никакого удовольствия от этого. И были дни, когда вы ничего не сделали, но был какой-то момент — вы что-то сделали маленькое. И вы сказали: «Ради этого стоило жить не один день, а всю жизнь!»

СЧАТЬЕ – ЭТО ЛЕГКО

В какое-то мгновение вы пережили цельность самого себя, были нераздельны с собой. Ощутили гармонию мысли, чувства, действия и слова. По-гречески их можно назвать «счастливыми», а по-еврейски я назвал бы их моментами блаженства. Это такое состояние, когда вы на земле, но ощущаете небо. Когда вечное прорвалось во время и пространство, и вы вне времени. Вы не чувствуете земли, вы чувствуете жизненную легкость.

Когда вы живёте, зная смысл жизни, — это должно быть легко.

Для меня счастливый тот человек, который живет легко. Это можно даже по походке определить. Я смотрю на человека, как он идет, и понимаю — он относится к жизни легко, или он перегружен жизнью. Под легкостью я не подразумеваю поверхностность. Под легкостью я подразумеваю то, что вы относитесь к вещам, которые несущественны — не существенно, а вопросы, которые очень значимы для вас не торопите, не пытаетесь их преодолеть, вы просто стараетесь с ними идти сообща, вместе. Вот это и есть жизненная легкость.

В какое-то мгновение вы пережили цельность самого себя, были нераздельны с собой. Ощутили гармонию мысли, чувства, действия и слова. По-гречески их можно назвать «счастливыми», а по-еврейски я назвал бы их моментами блаженства.

Мне кажется, Иисус жил легко, Он не грузился. Он не велся на какие-то вещи. Я говорю об этой легкости. Когда вы живёте, зная смысл жизни, — это должно быть легко.

Наше общество концентрируется на мелочах?

Очень много людей тратит бесценное — собственную жизнь — на приобретение ценных вещей. Это отягощает жизнь. Хотелось бы, чтобы мы тратили ценное на спасение и приобретение бесценного, что облегчает жизнь. Но это надо понимать, как делать. Поэтому когда мы вдаемся в нагромождение каких-то ценных вещей, тратя бесценную жизнь, в результате становимся очень уставшими, расстроенными и разочарованными, очень перегруженными. Потому что в том, что я приобрел, израсходовав на это всю жизнь, я не приобрел самое нужное.

Слайды-для-статьи-Райчинец3

Если «ценное» — это что-то материальное, то что тогда бесценное?

Ценное — это все материальное, без чего наша мысль немыслима. Я не хочу, чтобы мы к ценным вещам негативно относились. Это сотворенный мир, это все, что Бог назвал хорошим.

Когда вы нашли свое место в жизни, благодаря которому вы себя реализуете, вы становитесь самим собой.

Бесценное — это человеческая жизнь. Поэтому трачу ли я время, усилия, жизнь саму, на то, чтобы её нагромождать какими-то материальными вещами или использую материальные вещи для спасения собственной, а через собственную – ради спасения других жизней. Я живу ради себя, потому что живу ради других. Или живу ради других, потому что в этом я реализую самого себя. Эти вещи для меня очень взаимосвязаны, это очень тонкие грани. А мне кажется, жизнь состоит из таких граней, которые очень легко переступить, не заметив, что ты их переступил.

ЗАВИСИТ ЛИ СЧАТЬЕ ОТ ВЕРЫ В БОГА?

Мне ваши слова напомнили слова психолога Виктора Франкла, который говорит, что эти ценные вещи можно получить через работу, свое дело — дело всей жизни, через переживание любви и также через веру в Бога.

К Виктору Франклу я отношусь с огромным уважением из-за той жизни, которую он прожил и из-за тех книг, которые он написал. Я не знаю, как вы читаете, но я книгу стараюсь прочувствовать — она написана на уровне рацио, или в этой книге выражена некая совокупность жизни. Чем жизнь тяжелее, тем она интереснее. Виктор Франкл пережил концлагерь. Есть люди, которые в человеческих условиях теряют человечность, а он в негуманных бесчеловечных условиях сохранил здравый смысл и остался человеком. Он посчитал, что его опыт может помочь очень многим людям, переживавшим, может не такие страдания и мучения, не такую бесчеловечность, а что-то другое.

Обычно веру в Бога теряют не те, кто переживают страдания, а люди, наблюдающие за тем, как другие переживают страдания. Те люди, которые переживают страдания, понимают, что эти страдания не могут пройти без Бога. Они приближаются к Богу в этих страдания и говорят: «Без Бога я это просто не переживу».

И он сказал, что проходя всё это, надо себя чем-то занять. Потому что если вы ничем не заняты, вы сойдете с ума. Он видел это в работе, но я бы это назвал иначе.

Когда вы нашли свое место в жизни, благодаря которому вы себя реализуете, вы становитесь самим собой. Вы или возвращаетесь к подлинному себе, или идете к себе. И очень важно, чтобы на этом пути вы пережили высокие чувства, которые он называет «любовью». Но ещё он сказал, что главное не потерять веру в Бога. Обычно веру в Бога теряют не те, кто переживают страдания, а люди, наблюдающие за тем, как другие переживают страдания. Они разочаровываются в Боге. Те люди, которые переживают страдания, понимают, что эти страдания не могут пройти без Бога. Они приближаются к Богу в этих страдания и говорят: «Без Бога я это просто не переживу». И Библия полна таких историй, когда люди в страданиях обрели не только Бога, но и смысл этих страданий. Потому что самое бессмысленное, я здесь был бы согласен с Виктором Франклом — это не видеть смысл этим страданиям.

Слайды-для-статьи-Райчинец1

КАКУЮ СЕМЬЮ МОЖНО НАЗВАТЬ СЧАТЛИВОЙ?

Большинство людей на вопрос, что такое счастье, ответили бы, что это счастливая семья, хорошая работа, крепкое здоровье. Совпадает ли этот «счастливый набор» с библейским стандартом понятия счастья?

Видите ли, мы создали много иллюзий. Например, это иллюзию счастливой семьи. Простите, может я вас расстрою, но я Библии не нашел ни одного примера счастливой семьи. Я нашел там дисфункциональные семьи, я там нашел не совсем случившееся семьи, но я там не нашел счастливой семьи. Ну по крайне мере, той семьи, как мы себе это представляем, Поэтому мне кажется, когда мы устремлены к счастливой семье, мы чуть-чуть устремлены не к тому, что есть на самом деле.
Мы считаем, что семья, это когда все делают то, что я хочу, чтобы я был счастлив. В моем понимании семья — это когда сходятся два мира, и вместо того, чтобы один мир подминать под другой, они создают пространство для того, чтобы каждый из миров состоялся.

Многие люди считают, что счастливая семья — это когда в семье нет конфликтов, все идеально.

Ну мы же знаем, что такого не бывает. Потому что семья без конфликтов — это не семья. Потому что конфликт «это не поле битвы, как мы воспринимаем, это — земля святая». В конфликте вскрывается что-то, чего я о себе не знал. Конфликт — это что-то, от чего мы удивляемся в себе, от чего мы ужасаемся, но без чего мы не можем стать самим собой.

Но что мы можем сказать о счастливой семье? Это стремление понимать друг друга? Служить друг другу?

По моему какому-то сложному представлению, счастливая семья — это когда супруг не подавляет жену, супруга не подавляет мужа, они оба создают пространство для самореализации и способствуют ей. И когда родители не воплощают собственные несбывшиеся мечты в своих детях, а признают, что дети — не только плод их усилий, а еще и дар от Бога. А если это дар от Бога — то это личности.

В моем понимании семья — это когда сходятся два мира, и вместо того, чтобы один мир подминать под другой, они создают пространство для того, чтобы каждый из миров состоялся.

В семье я бы поставил ключевое слово «взаимо»: взаимопомощь, взаимозависимость… А если хотите нарушить эту идиллию, используйте слова – «никогда», «никто», «всегда», «все». Это начало любого конфликта в семье.

Вы меня напугали, когда сказали, что в Библии нет ни одной счастливой семьи. Возможно ли в таком случае жить счастливой семейной жизнью?

Теперь вы понимаете, почему у меня сложности с понятием счастья 🙂 я «не дочитался» до счастливой семьи.

Слайды-для-статьи-Райчинец4

СЧАТЬЕ VS БЛАЖЕНСТВО

Возможно, с позиции библейских стандартов, что-то нужно делать, чтобы быть счастливым?

Можно встречный вопрос – а где в Библии говорится о счастье?

Блаженство — это одно из возможных значений понятия «счастья», но я против такого перевода. Потому что счастье сопряжено с тем, что я переживаю, а блаженство с тем, как вас видит Бог. Это богословски очень разные отправные точки. Потому что когда вас Бог провозглашает блаженным, это не зависит от вас.

И я могу в момент блаженства быть несчастным?

Конечно. Как может быть блажен плачущий? Я плакал последний раз недавно, когда слушал концерт в лютеранской немецкой церкви. Я случайно зашел туда и слушал произведение Баха. Я плачу, когда переживаю поднесенное настроение от того, что есть в этом мире что-то, что нас задевает. Я не вижу слабости в слезах. Плачут сильные люди. Слабые пытаются справиться с этим.

Счастье сопряжено с тем, что я переживаю, а блаженство с тем, как вас видит Бог. Это богословски очень разные отправные точки. Потому что когда вас Бог провозглашает блаженным, это не зависит от вас.

С точки зрения психологии слезы — это терапия. Люди, которые не плачут — это опасные люди. Добрые люди плачут. Это естественно, это заложено в нас, чтобы мы освобождались от какой-то концентрации в нас чего-то позитивного или негативного.

В ЧЁМ СИЛА БОГООСТАВЛЕННОСТИ

Вы когда-то сказали, что одно из лучших переживаний — это одиночество, именно когда человеку кажется, что его оставил Бог. Можете это объяснить?

Возможно, немногие разделяют мое понимание этого высочайшего религиозного чувства — богооставленности.

У всех великих религиозных гигантов, как мы их называем, самым часто переживаемым чувством было чувство богооставленности.

Я бы не назвал это ощущением счастья. А назвал бы это переживанием «самости» в Боге. Когда ты сам с собой, и ощущение, что никого больше нет, что Бог идет не с тобой, а против, как некая негативная сила. В Книге Иова есть пассаж: «У меня такое ощущение, что Ты враждуешь против меня».

А как это может быть счастьем?

А давайте скажем, что это обратная сторона счастья. Но когда мы переживаем моменты богооставленности? Я когда-то исследовал этот вопрос, потому что мне были интересны истории великих людей. И у всех великих религиозных гигантов, как мы их называем, самым часто переживаемым чувством было чувство богооставленности.

Я бы не назвал богооставленность ощущением счастья. А назвал бы это переживанием «самости» в Боге.

В пример приведу самую известного человека — мать Терезу. Если вы читали её дневники, то самым преобладающим чувством в описываемых ею личных переживаниях было чувство, что Бог не просто ее оставил, он вообще этот мир оставил. Когда вы наблюдаете за бесчеловечными поступками людей, которые они делают по отношению друг к другу, то разве у вас не рождается чувство, что Бог оставил этот мир? Когда Иисус кричит на кресте: «Боже мой, Боже мой, зачем ты меня оставил?», когда творение решило судиться с Творцом. Когда вы постоянно сталкиваетесь с реальностью, то это ощущение у вас обязательно появится.

ЕСТЬ ЛИ СМЫСЛ В СТРАДАНИЯХ?

Федор, некоторые религии акцентируют внимание на том, что счастье — в страдании. В этом есть смысл?

Я не думаю. Давайте всё ж таки будем по-богословски рассуждать. Моё прощение — в Евангелии. И оно такое, что ученикам надо было пережить не только Фавор в системе блаженства, но и Гефсиманию. Причем одним и тем же ученикам. На Фаворе им захотелось остаться, а из Гефсимании им хотелось бежать.

Но жизнь состоит из этих двух переживаний. Давайте первое условно назовем «состояние Фавора» — когда мы на какое-то мгновение соприкоснулись с чем-то божественным, когда мы увидели некое сияние и забыли, где находимся. Другое состояние — состояние одиночества, агонии, страха, неизвестности. Когда мы не знаем, какой будет разворот событий и что принесёт эта ночь. Но почему именно эти два состояния на самом деле делают жизнь — давайте скажем не счастливой, а целостной?

Если мы только на Фаворе, то даже самое настоящее и самое божественное теряет свою ценность. Настоящего не может быть много.

Потому что если мы только на Фаворе, то даже самое настоящее и самое божественное теряет свою ценность. Настоящего не может быть много, оно должно быть дозировано. Переживать Гефсиманию постоянно — это страшно, потому что можно с ума сойти. На Фаворе Бога не было больше, чем его не было на Гефсивании. Но это другое переживание этого Бога.

Правильно ли я понимаю, что по Божьему провидению, в мире существует баланс радостных и сложных моментов, которые естественно будут с нами? И что нам нужно правильно относиться и к первым, и ко вторым?

Все эти моменты являются составляющими счастья. И нам нужно понимать, что это и есть те составные части нашей жизни, которые делают её целостной. А целостную жизнь я бы назвал счастливой.

Слайды-для-статьи-Райчинец5

ПОВОД ДЛЯ РАДОСТИ В НОВОЙ УКРАИНСКОЙ ИСТОРИИ

В нашей стране продолжаются военные действия. Вы в свое время столкнулись в войной на Балканах — в бывшей Югославии. Наверняка вам приходилось, как миротворцу, ободрять людей. Где сегодня украинцы могут найти повод для счастья в этой сложной ситуации?

Я расстрою наших сограждан, потому что причины надо искать не в соседе, а в себе. Мы должны понимать простую вещь: первая жертва войны — это правда. Правда о положении, ситуации. Она интерпретируется так, чтобы виновного искать в другом. Вот когда мы начнем виновного искать в себе, мне кажется, мы начнем видеть свет в конце туннеля. К этому надо еще далеко идти, но свет появится. И не надо думать, что это простой путь, и не надо думать, что за нас его кто-то пройдет. Это наша Голгофа, то, что мы должны пройти, лично уплатив цену за ту свободу, которую мы обрели в начале 90-х годов по стечению определенных обстоятельств. Чтобы мы пришли к настоящим себе. Давайте это будем называть — пришли к счастью.

Это наша Голгофа, то, что мы должны пройти, лично уплатив цену за ту свободу, которую мы обрели в начале 90-х годов по стечению определенных обстоятельств. Чтобы мы пришли к настоящим себе. Давайте это будем называть — пришли к счастью.

Нам всегда кажется, что легко изменить супруга или супругу, потому что мы знаем, как тяжело изменить себя. Поэтому, когда мы хотим изменить весь мир, не изменив себя — это не тот путь. И сегодня в обществе есть некая озлобленность на кого-то другого, но нет поиска в себе — а что я сделал, чтобы этого не было? Мы не хотим этот вопрос себе задавать, потому что нужен будет ответ — самому себе. А мы бы хотели, чтобы кто-то за нас ответил, мы бы хотели, чтобы вину кто-то понес за нас, чтобы все эти неурядицы мы решили за счет кого-то. А это не путь к счастью.

Путь к счастью — это когда беру ответственность за самого себя.

Путь к счастью — это когда беру ответственность за самого себя. Беру ответственность за свои ошибки, успехи, переживания. Это длинный путь! Самое тяжелое — быть самым собой, а это роскошь, это позволяют себе индивидуумы, на которых мы потом ровняемся и о которых пишем книги. Люди в массе хотят приспособиться к толпе и идти с ней туда, куда она поведет. Самобытные люди говорят: «Слушайте, мне не по дороге с толпой. Мне надо идти в обратном направлении!» Идти против толпы — это задача не из легких, но это и есть путь к себе.

ПУТЬ К СЧАТЬЮ НАПЕРЕКОР ТОЛПЕ

Может быть, те люди, которые идут против, больше ощущают счастье, потому что находятся в мире с собой?

Я бы сказал так: они не более счастливы, но у них гораздо больше моментов счастья. Потому что каждый раз, прорвавшись, они говорят: «Я счастлив, но надо идти дальше». Есть библейская метафора: широкий пространный путь и тернистая тропа. И вот люди представляют себе, что эта тернистая тропа — это тропа, которая ушла от широкого пути в лес, и вы сами по ней идете, вам тяжело, вы одиноки. А я почему-то представляю, что эта тернистая тропа лежит прямо посредине этого пространного пути, только она движется в другом направлении. Это все равно, что в киевском метро в час пик заходить в вагон — вас заносят не в тот вагон, вас выносят не на той остановке, но это есть те усилия, которые надо приложить, чтобы прийти к себе.

Насколько нормально видеть в другом человеке смысл своей жизни? Ведь если мы не будем привязывать эти ощущения счастья друг к другу, мы будем эгоистами.

Невозможно жить без других людей. Наличие другого человека помогает мне понять себя, прийти к себе. Для того, чтобы я знал, что я особенный, мне нужны другие люди.

Проблема нашего христианства в том, что мы просто начали верить в правильные вещи, но не знаем, как эти правильные вещи жить.

Если я сказал, что вы мне никто не нужны, только Бог — то я Бога вообще не понял. Потому что все мое невидимое к Богу должно выражаться в видимом по отношению к другому человеку. Поэтому я в шутку говорю, что только в церкви можно встретить людей, у которых все хорошо с Богом, а с соседом не получается. Но я думаю, это к счастью. Потому что церковь — это не что-то свершившееся, это что-то в процессе свершения, поэтому туда всегда будут приходить люди, которые ждут, что их надо полюбить, но они сами пока что не готовы любить.

Слайды-для-статьи-Райчинец2

Проблема нашего христианства в том, что мы просто начали верить в правильные вещи, но не знаем, как эти правильные вещи жить. Приведу простой пример, все мы верим в любовь — правда? Но кто умеет любить? Все мы верим в прощение, но кто способен прощать? Все мы верим в сострадание, но кто умеет сострадать? А одно без другого оно не работает, так и я не могу понять себя, если в моей жизни нет другого человека.

Если я сказал, что вы мне никто не нужны, только Бог — то я Бога вообще не понял. Потому что все мое невидимое к Богу должно выражаться в видимом по отношению к другому человеку.

Федор, если бы у вас сейчас была возможность задать с Богом лицом к лицу, какой вопрос вы бы ему задали?

Я бы был осторожен, потому что когда мы Богу задаем вопросы, он обычно отвечает вопросами. Мне кажется, Библия — это книга, где есть хорошие вопросы к каждому из нас, на которые мы пытаемся искать ответы.

У меня есть надежда, что Бог когда-то проиграет мне пленку моей жизни, и мне по-настоящему интересно спросить у Бога, какой бы была моя жизнь, если бы я пошёл в другую сторону, особенно в те моменты, когда я стоял на перекрестке дорог. Меня почему-то это беспокоит – какой могла быть моя жизнь сегодня, сделай я иной выбор в определенные моменты жизни. И может быть, в вечности я об этом его и спрошу.

У меня есть надежда, что Бог когда-то проиграет мне пленку моей жизни. И мне по-настоящему интересно спросить у Бога, какой бы была моя жизнь, если бы я пошёл в другую сторону.

Вы обещали поделиться с нами личным форматом счастья.

Счастье для меня — это те мгновения, когда я достиг, сделал, реализовал того, к чему я долго шёл. Вот я его получил, и теперь надо идти дальше. Книгу написал, лекции приготовил, проект закончил, с вами встретился — вот это мгновение и есть счастье. Я стараюсь жить легче, поэтому испытываю эти моменты чащСлайды-для-статьи-Райчинец6

Related posts

Где в интернете прячется Бог

Где в интернете прячется Бог

Как с помощью интернета найти Бога и написать Ему письмо: интервью с координатором русской странички крупнейшего международного интернет проекта «Поиск Бога»

Он с 18 лет был зависим от алкоголя, и смог освободиться!

Он с 18 лет был зависим от алкоголя, и смог освободиться!

Он потерял юность, выпивая, а потом прошли годы, впустую потраченные на избавление от зависимости. Алкоголь держал его в плену. И только одно средство помогло избавиться полностью — раз и навсегда!

Сильная женщина: как не дать себе сломаться

Сильная женщина: как не дать себе сломаться

Как не сломаться в жизненных испытаниях, но стать сильнее — говорим о женской силе с сильной и счастливой женщиной Викторией Андросовой